Филосовско-правовые взгляды Н. А. Бердяева



Скачать 68.62 Kb.
страница2/2
Дата03.02.2018
Размер68.62 Kb.
Название файлаФилософия.docx
Учебное заведениеРоссийский Государственный Университет Правосудия
ТипРеферат
1   2

ГЛАВА 1. СОЧИНЕНИЯ Н.А. БЕРДЯЕВА. ЭВОЛЮЦИЯ ФИЛОСОФСКИХ И ПОЛИТИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ

1.1. Изучение философско-правовых взглядов Н.А. Бердяева

Основными темами творчества Бердяева являются темы свободы, личности и объективации, тема творчества и тема эсхатологического смысла истории. В созданной Бердяевым по сути дуалистической картине мира друг другу противостоят с одной стороны Бог, свобода, ноумен, субъект (личность) и эмпирический мир, феномен, объект (в том числе индивид) с другой стороны. Существуют как бы два порядка – природный и благодатный. Однако эти два порядка не оторваны друг от друга (как, например, у Платона), дух и свобода прорываются из ноуменального в феноменальный мир и действуют в нем. При этом личность и индивид не одно и то же. Индивид – категория, образованная в результате объективации, выражает собой биологическую и социологическую составляющую человека. Личность – категория, относящаяся к миру духа и свободы. Именно в качестве личности человек являет собой микрокосм, отражающий макрокосм. «Личность в человеке есть независимость по отношению к внешнему миру, который есть материал для работы духа, и вместе с тем личность есть универсум»1 писал мыслитель. Личность – универсум в индивидуально неповторимой форме. При этом существуют два пути выхода человека из своей замкнутой субъективности: путь объективирования личности, путь небытия, т.е. подчинение личности власти объективного, выброс личности вовне (например, выход в общество с его общеобязательными формами и институтами). В результате возникает рабство человека (рабство у бытия, Бога, природы и общества).

Второй путь – это путь выхода личности из объективации – путь творчества. Творческий акт – прорыв духа в мир объектов и одновременно – реализация личности в человеке. Это - духовный путь, предполагающий экзистенциальную встречу с Богом, с другим человеком, коммюнотарной общности (противоположной объективному обществу). Творчество - путь к преодолению объективации, а это преодоление составляет смысл и назначение мировой истории, которая, согласно Бердяеву, имеет смысл лишь в том случае, если она имеет конец.

Эсхатологическая тема занимает большое место в творчестве мыслителя. «Я всегда философствовал так, будто наступает конец мира и нет перспективы времени» писал Бердяев в 1948 году. Бердяев исповедует «активно-творческий эсхатологизм». В его работах на эту тему содержатся критика пассивно-послушного эсхатологизма христианства. Бердяев призывает к преображению мира, полному выходу из тисков объективированной действительности. Конец мира в трактовке Бердяева – конец объективации и переход в субъективность царства свободы, и человечество своими активными действиями может его приблизить (мысль не оригинальна и была уже высказана, например, Федоровым). При этом, в философии истории, персонализм Бердяева проявляется особенно ярко «Нет ничего более жалкого, чем утешение, связанное с прогрессом человечества, c блаженством грядущих поколений … ничто общее не может утешить индивидуальное в его несчастной судьбе» писал философ. Существует трагический конфликт исторического процесса и личности. Этот конфликт может быть разрешен только когда история окончится, в пределах истории неразрешима проблема личности, можно лишь приблизит ее решение.

Бердяев мыслитель многоплановый и часто противоречивый и можно еще многое написать о его философских взглядах, но основные направления его мысли нами изложены, перейдем теперь к государственно-правовой проблематике.

1.2.Становление взглядов Н.А. Бердяева : сочетание марксизма с неокантианством
Первый этап эволюции взглядов мыслителя можно охарактеризовать как попытку сочетать марксизм с неокантианством и отчасти с христианством. Хронологически этот период начинается в 90-е года XIX века заканчивается в 1903 – 1905 годы. Взгляды мыслителя, отстаиваемые им в то время, изложены в основном в работе «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии». Сам Бердяев впоследствии называл эту работу несовершенной во многих отношениях, однако для понимания истоков последующих идей мыслителя можно кратко изложить ее содержание.

В работе Бердяев пытался дать философское обоснование революционному социализму. Бердяев в книге доказывал, что истина не зависит от классовой борьбы, определяется не социальной средой, а трансцендентальным сознанием, однако, психологическое сознание зависит от социальной среды. При этом, чем более психологическое сознание усвоит истины трансцендентального сознания, тем более справедливое общество можно будет построить. Говоря о справедливости, Бердяев настаивал на том, что она так же не зависит от классовой борьбы и социальной среды и вкоренена в трансцендентальное (т.е. божественное). Истина неизменна и ее положения могут быть реализованы на практике. Бердяев пытался в своей книге доказать, что невозможна классовая истина (как учил ортодоксальный марксизм), однако может быть классовая ложь, которой проникнуты буржуазные классы, причастные к эксплуатации человека человеком. На основе этих идей Бердяев построил идеалистическую теорию мессианства пролетариата. Пролетариат свободен от греха эксплуатации и поэтому его психологическое сознание наиболее подготовлено к восприятию истин трансцендентального сознания, однако для этого ему необходимо освободится от эксплуатации, что можно сделать лишь путем революции. Можно заметить, что уже в этой, по существу первой своей серьезной книге, Бердяев вступил с марксизмом в противоречия. Он все еще разделял классовый подход (от которого позже отказался, хотя всегда признавал наличие классов и существование противоречий между ними) и материалистическое понимание истории, однако, он уже тогда отстаивал независимость истины и справедливости от революционной борьбы, причем с идеалистической позиции. Поэтому утверждать, как это было принято в литературе советского периода, что Бердяев был в дореволюционный период «легальным марксистом», можно лишь с очень существенными оговорками. О том, что с такой философией как у него нельзя оставаться марксистом, Бердяеву в то время говорил Плеханов, с которым Николай Александрович встречался в Цюрихе.

ГЛАВА 2. ВЗГЛЯДЫ Н.А. БЕРДЯЕВА НА ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЙ ПЕРИОД.

2.1. Философско – правовые мысли Н.А. Бердяева на право

В период эмиграции были написаны основные работы Бердяева, которые по признанию самого философа лучше выражают его взгляды на государство и право.

В работе «Царство Духа и царство Кесаря» Бердяев продолжает развивать тему дуализма природного и благодатного порядков, рассматривая вопросы государства и права через призму этого дуализма. Человек есть природное существо и живет в природном мире и должен определять свое отношение к нему. Но человек в то же время личность, существо духовное, несущее в себе образ божественного. Соответственно отношение человека к природе, космосу, двойственное. Он одновременно раб природы и царь природы.

Рассматривая историю человечества, Бердяев выделяет четыре основных периода.

В первом периоде человек полностью зависит от объективного мира, он еще не овладел природой, его личность еще не выделилась, для мышления характерны магическое и мифологическое отношение к природе (период, когда существовали примитивное скотоводство, земледелие, рабство). Второй период характеризуется освобождением от власти космических сил, от духов и демонов природы, борьба через аскезу, а не технику. Освобождение принесло христианство. Так Бердяев характеризует период средневековья, в котором господствовали феодальные отношения.

Третий период определяется процессами механизации природы, развитием индустрии, формированием капиталистических отношений, порабощением труда, возникновением необходимости продавать свой труд. Третий период – период развития капиталистических отношений.

Можно заметить, что в характеристике первых трех периодов Бердяев в основном следует положениям марксистской философии истории, хотя и рассматривает указанные периоды с идеалистических позиций. Однако, если у Маркса и его последователей за стадией капитализма следует социализм и коммунизм, то Бердяев характеризует четвертый период как «разложение космического порядка, … образование новой организованности, в отличие от органичности, техникой и машинизмом»2.

Четвертый период связан с возрастанием роли техники, возможностей человека влиять на природные процессы и возникающим в связи с этим «рабством человека у собственных открытий». Если в первом периоде человек находился во власти “демонов природы” (период язычества), то во втором христианство освободило его от этой власти. Однако вступая в четвертый период (под ним понимается современный мир), человек «страшится мирового механизма природы». Наступает новая эпоха, в которой человек имеет дело уже не с природой, а «с реальностью машины, техники, которых в природе нет.»3

Однако «моральное и духовное развитие (человека - А.С.) не соответствуют техническому развитию и … это создает главную причину нарушения равновесия человека». Осуществляется переход от жизни органической к жизни организованной. Человек отрывается от природы и погружается в замкнутый социальный мир. Автономная власть техники приводит к потере человеком духовного равновесия. Эта власть осуществляется в новой форме Царства Кесаря. Дуализм царства Духа и царства Кесаря, существовавший на всех предыдущих этапах, делается все более острым.

По мнению Бердяева возможны три пути исхода из кризиса, к которому приходит мир на четвертом этапе:

Фатальный исход. «Продолжающий разлагаться капиталистический режим, торжество атомной бомбы, хаотический мир … война всех против всех»;

«Насильственный механический порядок коллектива, организованность, не оставляющая места свободе, деспотизация мира»;

«Внутреннее преодоление хаоса, победа духа над техникой, духовное восстановление иерархии ценностей, соединенное с осуществлением социальной правды». Социальный строй, который будет существовать, если все будет развиваться по этому пути, получил у Бердяева наименование «коммюнотарного социализма».

Бердяев вынужден констатировать, что в современном мире преобладают тенденции к смешению первого и второго исходов. Однако мыслитель не утрачивает оптимизма и считает, что все же возможен пятый период в истории. C ним Бердяев связывает «реальное освобождение труда и трудящихся, подчинение техники духу». Однако в настоящее время можно сказать, что по прежнему в современном мире преобладают неблагоприятные тенденции и хотя конечно «войны всех против всех» нет, общество движется скорее к неблагоприятному исходу, чем к пятому периоду, как того хотел бы Бердяев. На современном этапе истории техника получила еще большее развитие, однако реальных процессов, ведущих к «подчинению техники духу» не наблюдается, скорее наоборот, человек все более попадает в зависимость от техногенной цивилизации, все более «утрачивает равновесие».

Говоря об усилении дуализма Царства Духа и царства Кесаря в современном мире, Бердяев приходит к выводу, что это происходит вследствие «возврата к античному, языческому сознанию, которое признает безраздельную власть общества и государства».

Как и в дореволюционный период, Бердяев считает, что «есть две основные точки зрения на соотношение кесаря, власти, государства, царства этого мира и духа, духовной жизни человека, Царства Божьего».

Это соотношение можно понимать либо монистически, либо дуалистически. Однако если в работе «Новое религиозное сознание и общественность» речь идет в основном о соотношении государства и права, здесь вопрос поставлен более широко. По версии христианского персонализма, которую отстаивает Бердяев, ценность личности выше ценности государства, личность и государство находятся в «разных кругах бытия».

Рассматривая соотношение царства Кесаря и царства Духа Бердяев приходит к выводу, что монистическое понимание такого соотношения приводит к тирании. Причем критике подвергается и религиозный и антирелигиозный монизм. За дуализмом же признается относительная правда. Пытаясь обосновать свою концепцию, Бердяев достаточно вольно толкует слова апостола Павла «Несть бо власти, аще не от Бога», считая, что они имеют исторический, а не религиозный характер. Бердяев обрушивается с критикой на все исторические формы государства, особенно нападая на «христианские теократии прошлого». «Теократия была одним из соблазнов, через которое проходило христианское человечество».

Теократия относится Бердяевым к царству Кесаря. С этих позиций отвергается возможность христианского государства. При попытке построения такого государства человечество на протяжении всей своей истории приходило либо к Цезарепапизму, продолжению культа императора в христианском мире (в качестве примера приводится Византия и в определенной степени дореволюционная Россия), либо к Папоцезаризму (средневековые государства, на которые решающее влияние оказывало католичество).

Смешение царства Духа и царства Кесаря происходит и в большинстве учений о государстве. Бердяев считал, что «…монистична и тоталитарна демократия Руссо и якобинцев. То же отождествление двух царств и двух порядков мы находим у Гегеля, у Маркса, у О.Конта, у Шпанна, в коммунизме и фашизме». Кесарь (как символ государства и власти вообще) всегда имеет тенденцию подчинения себе всего человека, нарушения его прав.

Развивая тему ограничения суверенитета государства неотчуждаемыми правами человека, Бердяев пытается проанализировать природу суверенитета государства и ответить на вопрос, кому суверенитет принадлежит. В полном соответствии со своей философской концепцией Бердяев приходит к выводу, что «суверенитет не принадлежит никому, он есть лишь одна из иллюзий объективации». Дух есть свобода, однако в объективированной действительности происходит создание ряда мифов – миф о суверенитете – один из них.

В зависимости от того, кто осуществляет управление в государстве, создается подходящий миф о его суверенитете, так как «без мифов вообще нельзя управлять человеческими массами». В жизни государства и общества эти мифы, согласно Бердяеву, таковы: «миф монархии - о суверенитете власти монарха, миф демократии – о суверенитете власти народа, миф коммунизма - о суверенитете власти пролетариата».

Государство, по мнению Бердяева, всегда имело тенденцию переходить за свои границы, выходить за свою сферу, становится тоталитарным. Конфликт Христа-Богочеловека и Кесаря-человекобога и не разрешим в объективированном мире. Никакой суверенитет земной власти не может быть примирим с христианством (точнее с утверждаемой Бердяевым версией христианского персонализма). Однако есть область где государство и христианство соприкасаются. Эта область – неотчуждаемые права человека. Права человека понимаются здесь Бердяевым как права Духа против произвола Кесаря. Права человека выводятся из свободы, а не из начал справедливости (как это было, например, в римском праве). Это положение вытекает из самой философии Бердяева, в которой он трактует эти права именно как духовные, а не как естественные. «В действительности неотъемлемые права человека определяются не природой, а духом», писал Бердяев. Христианство духовно освободило человека от неограниченной власти общества и государства, дало оправдание независимости прав личности от государственного произвола и государство не должно посягать на эти неотчуждаемые права.

Продолжая противопоставлять законность (т.е. позитивное право) и право (в смысле неотъемлемых прав человека), Бердяев разграничивает и противопоставляет правду и справедливость. Философ считает, что «свобода есть что-то гораздо более изначальное, чем справедливость.» По мнению Бердяева «Насильственное осуществление правды-справедливости во что бы то ни стало, как и утверждение формальной свободы может быть очень неблагоприятным для свободы». А свобода – основная ценность для Бердяева.

Стоит частично согласится с точкой зрения В.С. Нерсесянца, который считает, что Бердяев отрицает правовой смысл справедливости. Однако нужно заметить, что речь у Бердяева идет о насильственном осуществлении справедливости: «закон может принуждать людей к справедливости но не может принуждать к братству»4 . В целом же мыслитель призывает стремится к обществу, в котором будут и свобода, и справедливость, признавая их положительными ценностями. «Справедливость требует свободы для всех людей» и «необходимо стремиться к свободному и справедливому обществу» писал мыслитель. Бердяев отрицает только «принудительную справедливость-юстицию», как «идею законническую и безблагодатную.» Не представляются убедительными и доводы В.С. Нерсесянца о том, что у Бердяева полностью отсутствует понимание «правового смысла равенства, его связи со свободой и справедливостью».

Данное утверждение обосновывается цитатой из «Философии неравенства», книги, в которой Бердяев рассматривает неравенство с точки зрения иерархического персонализма, однако затем Бердяев перешел к антииерархическому персонализму, он хотя и ставит личность выше общества, не отрицает, что «универсальное находится в индивидуальном» (позиция концептуализма, обоснованная еще Аристотелем), и защите этого универсального (например, неотъемлемых прав человека, которые есть у каждого) должен способствовать правовой закон. Бердяев действительно сторонник аристократизма, но, и это принципиально, аристократизма духовного, который в принципе не предполагает установления каких либо, привилегий и т.п.

В рассматриваемый период оценка роли положительного закона Бердяевым значительно возросла. Закон имеет положительную миссию в природном мире. Если в ранних работах Бердяева мы можем встретить лишь намеки на это, то например, в работе «О назначении человека» Бердяев пишет: «высший образ этики закона есть право». В.С. Нерсесянц сетует на то, что “такие отдельные суждения Бердяева о позитивных аспектах соотношения права и закона не получили у него концептуальной разработки». Однако этого от такого мыслителя как Бердяев было бы трудно ожидать, в силу того, что тема соотношения права и закона не является для него основной и рассматривается в рамках философии свободы. Тем не менее, Бердяев в период эмиграции не раз подчеркивал положительное значение правового закона. В частности он писал, что поскольку общество не может жить исключительно по благодати, закон играет положительную роль, если он ограждает личность от насилия. «Закон не знает живой, конкретной неповторимой и индивидуальной личности, не проникает в ее интимную жизнь, но закон охраняет эту неповторимую личность со стороны посягательства и насилия со стороны других личностей, охраняет независимо от того, каково направление и духовное состояние других личностей. В этом великая и вечная правда закона, правда права»5, считает философ. И еще цитата: «право охраняет свободу человека от злой воли людей и всего общества … закон изобличает грех, ставит ему пределы, делает возможным минимум свободы в греховной человеческой жизни». Можно сделать вывод, что Бердяев признает положительное значение позитивного закона, хотя и со значительными оговорками.

Интересно как Бердяев объясняет сам феномен государственной власти, особенно если принимать во внимание отрицание им такого ее свойства, как суверенитет (суверенитет государственной власти признают подавляющее большинство современных юристов). «Почему огромное количество людей, на стороне которых есть преобладание физической силы, согласны подчинится одному человеку или небольшой кучке людей, если они носители власти?»6 задается вопросом Бердяев. Мыслитель видит две причины: сказывается пережиток древнего рабства человека и существует особая способность людей власти ко внушению. В удержании и приобретении государственной власти очень большую роль играет пропаганда. “Властвует тот, кто ввергает народ в гипнотическое состояние». Гораздо более прочный характер имеет власть, опирающаяся на «религиозные верования народа». Такая власть более стабильна и гармонична, хотя и в ней не исключена тираническая тенденция. Бердяев имеет в виду в основном «священные монархии прошлого». Демократия же по оценке Бердяева, является лишь «поклонением всеобщему голосованию» , «не знает своего содержания» , «не знает истины, и потому она предоставляет раскрытие истины решению большинства голосов» и «держится главным образом пропагандой и риторикой политических лидеров»7 .

Справедливость такой оценки Бердяевым демократии можно наглядно видеть на примере современной России, где пропаганда играет решающую роль в том, кто победит на выборах, при этом людям может быть даже не известна программа партии, ее основные цели, к какой части политического спектра она принадлежит, но постоянное психологическое давление, постоянные выступления партии в средствах массовой информации с ничего не значащими, но громкими заявлениями, перекрытие доступа к средствам массовой информации другим партиям, да и просто откровенная дезинформация избирателей приводят к тому, что многие люди (конечно не все, но достаточно большое количество) голосуют в конечном итоге за ту партию, в популяризацию которой вложено больше денег, и которая, как правило отстаивает не интересы народа, а тех, кто в нее эти деньги вкладывал (яркий пример – успех «Единства» на думских выборах 1999 года.

Сюда же можно отнести поддержку населением Владимира Путина: хотя о его политико-экономических взглядах практически ничего не известно, но он постоянно появляется на телеэкранах, и машина пропаганды уже сформировала в глазах избирателя его образ).

В противоположность многим мыслителям, Бердяев видел в том, что в современном мире торжествует демократия скорее отрицательный смысл. Демократия (в смысле «поклонения всеобщему голосованию») может лишь механически суммировать волю всех, но она отрицает духовные основы общества, лежащие глубже человеческого волеизъявления.

Рассматривая иные формы общественного устройства, Бердяев, как и в работах предыдущего периода, так же критикует социализм и коммунизм. За социализмом признается отрицательная правда «критическая правда по отношению к капитализму». Однако метафизика социализма ложна, так как она основана на примате общества над человеком. Социализм утверждает этот примат сознательно (в отличие от капитализма, в котором это делается в завуалированной форме).

Правда социализма в освобождении личности трудящихся от капиталистической эксплуатации, ложь – в последующем еще большем ее порабощении. Человек при социализме рассматривается как объект, т.е. в терминологии Бердяева объективируется и перестает быть личностью.

Однако социализм, в понимании мыслителя, все равно лучше, чем коммунизм, который требует «тоталитарного миросозерцания, стремится к коллективизации всей личной жизни человека и все средства считает дозволенными»8. Однако еще большее недовольство Бердяева вызывает капиталистическое общество, где так же происходит объективирование человека, превращение его в вещь, Дух угашается, однако делается это в скрытой форме, существуют права и свободы, но они носят декларативный характер.

По мнению Бердяева, в истории происходит двойной процесс: «процесс социализации и процесс индивидуализации». Оба этих процесса негативны: один ведет к коллективизму, в котором, в отличие от коммюнотарности, личность нивелируется, другой – к дальнейшему отчуждению людей друг от друга, превращению личности в объект, утере им личности. Общая ошибка в том, что и в капитализме и в социализме средства подменяют собой цели. «Цели человеческой жизни духовные, а не социальные, социальное относится лишь к средствам»9. Дух соответственно ставится выше экономики, хотя в политических программах современных партий все наоборот и подавляющее большинство современных политиков говорят примерно следующее: «снизим налоги, экономические показатели возрастут в несколько раз и всем будет хорошо». В том - то и дело, что хорошо не будет, если у нации нет какой-то духовной первоосновы, пусть даже не религиозной, как хочет Бердяев. Без этой первоосновы, как справедливо заметил Шопенгауэр, жизнь превращается либо в борьбу с нуждой (в бедных слоях населения), либо в борьбу со скукой (в более обеспеченных слоях общества). Построение справедливого общества и государства в таких условиях невозможно.

Каким же видится Бердяеву мировое устройство и общество будущего, которому он противопоставляет социализм, коммунизм и капитализм. Это общество Бердяев называет коммюнотарным, основанным государственным строем – персоналистический социализм.

Характеристику начнем с самого общего уровня – уровня государств. Бердяев считает, что до сих пор в мире господствовали две основные идеи, с помощью которых человечество «стремилось преодолеть всемирный хаос»10, порождающий войны. Это идея мировой империи (Римская империя, империя Наполеона) и «идея множества суверенных государств, стремящихся к состоянию равновесия»11 (можно заметить, что этой идее соответствует мировой порядок в настоящее время, хотя равновесие делается все более шатким). Бердяев же считает, что государствам необходимо отказаться от своего суверенитета и стремится к образованию мировой федерации свободных наций, которые будут согласны подчинится мировой организации. При этом осуждается национализм (он движим ненавистью к другим народам), но очень высоко оценивается патриотизм (он основан на любви к своему народу).

Мыслитель понимает, что путь к федерации нелегок, и признает, что на первоначальном этапе государства должны сохранится. Вообще нужно сказать, что с годами оценка Бердяевым роли государства все более возрастала. И хотя он и относил государство к порядку природному, а не благодатному, и считал, что необходимость государства лишь временна, отводил ему значительную роль на переходном этапе.

Основное значение в подготовке нового общества Бердяев отводил преодолению коллективизма и индивидуализма, переходу к коммюнотарности. Коммюнотарность же должна основываться на соборности, которая противоположна коллективизму («коллективизм есть не соборность, а сборность»). «Коммюнотарность … означает непосредственное отношение человека к человеку через Бога»12. Мысли Бердяева о соборности особенно актуальны сейчас, когда в некоторых кругах идея соборности связывается в основном с тем, что личность не выявляется, а растворяется в коллективе и именно так хотят представить соборность. Напротив, считает Бердяев, в соборности личность только полнее раскрывается в общении с другими личностями.

2.2. Взгляды Н.А. Бердяева на государство и право в период увлечения идеями «нового религиозного сознания»
С течением времени Бердяев все более и более отдалялся от марксизма. По признанию самого Бердяева в нем «нарастало внутреннее движение к христианству».

Бердяев делается сторонником движения нового религиозного сознания, сближается с Мережковским и его кругом. Период увлеченности мыслителя идеями нового религиозного сознания можно назвать вторым этапом эволюции его философских и политических взглядов. В этот период очень большое внимание в своих работах Бердяев уделяет государственно-правовой проблематике. Среди работ этого периода выделяются книги «Новое религиозное сознание и общественность» и «Духовный кризис интеллигенции». В первой книге государство и право рассматриваются с теоретических позиций, во второй делается попытка осмысления событий первой русской революции и реакции на нее российской интеллигенции, а так же рассматривается перспектива дальнейшего развития России.

Бердяев придерживается в тот период иерархического персонализма, черпая идеи, его обосновывающие, в Библии, христианской литературе, произведениях Достоевского (особенно часто цитируется роман «Братья Карамазовы»). Он окончательно порывает с классовым подходом марксизма: «Личность человека имеет абсолютное значение, в ней вмещаются абсолютные ценности и путем религиозной свободы она осуществит свое религиозное призвание» писал мыслитель.

В мире борются два начала: освобождающее всех существ от рабской зависимости, соединяющее всех путем любви в гармонию и начало распадения всех частей мира и внешнее, кажущееся соединение путем насильственным, связывание путем необходимости. Торжество первого начала возможно путем воссоединения мира с Богом, второго – путем окончательного отпадения от Бога. Соответственно Бердяев различает два порядка: природный и благодатный. Государство принадлежит порядку природному и поэтому подвергается критике со стороны Бердяева. Уже в это время Бердяев резко противопоставляет царство Божие и царство Кесаря (более полно противостояние этих двух царств Бердяев выразил в своей более поздней книге «Царство духа и царство Кесаря»).

В вопросах происхождения государства Бердяев придерживается теории насилия. Мыслитель считает, что «государство основывалось на диком порабощении и диком насилии одного племени над другим». Первоначально зачатки государственности играли свою положительную роль в борьбе с «первобытным хаосом и зверством», однако затем произошло превращение государства из средства в цель, из начала подчиненного и зависимого в начало высшее. Бердяев считает, что «права государственной власти покоятся на таком же насильственном захвате, как и права на землю». Критикуются все исторические формы государства, в том числе и теократии прошлого, как подпадающие под господство «князя мира сего». Однако мыслитель все же признает за ними положительную миссию, считая, что «соединение христианства с государством имело воспитательное значение по внутреннему возрасту человечества», т.е. было исторически необходимо.

Рассматривая государство, как начало, которое ничему не подчиняется и все себе подчиняет (отвлеченное начало), Бердяев считал, что «зла и безбожна не всякая государственность, в смысле организации общественного порядка и системы управления, а государство отвлеченное, т.е. суверенное, себе присваивающее полноту власти, ничем высшим не желающее себя ограничить и ничему высшему себя подчинить». Критикуется не всякая государственность, а именно государственность самодовлеющая, суверенная и неограниченная.

Все формы такого государства, которые существовали ранее, и могут возникнуть в будущем - результат обоготворения воли человеческой, причем не важно, воля ли это одного (государство самодержавное), многих (государство либеральное), или воля всех (государство социалистическое). Торжествует религия человеческого, субъективно-условного, тогда как необходимо стремится к религии божественного, объективно-безусловного. В государстве всегда властвует субъективная воля человека, а не объективная сила правды. Бердяев обрушивается с критикой на все исторические формы государства. При этом худшей формой государства признается «абсолютное самодержавное государство»13.

«Человековластие одного – есть самая совершенная и крайняя форма воплощения «царства князя мира сего». Если полнота власти принадлежит одному человеку, то личность такого человека обоготворяется, является «divus Caesar»– обоготворенный человек, однако на земле был только один Богочеловек, а все остальные – ложь, обман и подмена. Не видит положительных моментов Бердяев и в иных формах государства.

В целом одобрительно отзываясь о «мировом освободительном движении», которое всюду свергало царизм и абсолютизм и ослабляло злое начало в государственности, мыслитель утверждает, что до конца это злое начало непреодолимо. Личность при конституционной монархии и республике лучше защищена от произвола государства и Бердяев это признает, однако и в новых, более свободных государствах очень многое (в том числе и судьба личности), зависит от человеческого произвола.

Критикует Бердяев и демократию. Чистое народовластие, по его мнению, есть обоготворение человеческих желаний. «Народовластие как высший суверенный принцип не может гарантировать личности неотъемлемых прав, так как ставит судьбу людей в зависимость от субъективной, случайной, изменчивой воли людской»14. Демократия – такое же обоготворение воли людей, как и остальные формы государства.

Выше приведенные утверждения дают повод некоторым ученым характеризовать взгляды Бердяева на государство как анархическую по своей сути. Однако важно заметить, что, как уже выше отмечалось, Бердяев разделяет два порядка: природный и благодатный, при этом все, что принадлежит порядку природному критикуется Бердяевым, он не хочет идти на компромисс с реальностью, однако мыслитель понимает, что правовое государство является более высокой ценностью, чем социализм и анархизм и пишет об этом в своей книге. Государство должно по мнению Бердяева (позже он откажется от этой идеи) эволюционировать в теократию, отречься от власти человека над человеком, подчинится власти Божественной.

Анархизм и социализм одинаково отрицаются Бердяевым, так как первый ведет к «окончательному распаду и атомизированности частей мира», а второй – к «окончательной связанности и порабощенности». Бердяев видит только отрицательную правду анархизма. Эта правда заключается по его мнению в том, что анархизм отрицает притязания всякого государства быть по преимуществу хранителем добра и обличителем зла. По мнению Бердяева анархизм показывает отрицательные стороны государства, однако «положительные перспективы анархизма, только анархизма, убоги и жалки», анархизм движим разрушительным пафосом. Основная ценность анархизма – свобода, однако только отвлеченного начала свободы для создания мировой гармонии недостаточно.

Свобода является лишь частью правды и должна быть соединена с любовью. Анархизм, отрицающий всякую государственную власть может в принципе привести к утверждению внутреннего, религиозного союза людей, т.е. к теократии, однако анархизм может, как и государство, опираться на насилие, поэтому путь к теократии через правовое государство представляется Бердяеву более предпочтительным. «Государство основанное на законе более высокая ценность, чем социализм и анархизм, которые один в силу жажды равенства, другой жажды свободы, доводят человека до небытия»15 писал мыслитель.

Прейдем теперь к вопросу о понимании Бердяевым права и правового государства. В рассматриваемый период Бердяев понимал под правом в основном духовные права человека. Права человека вытекают из того положения, что всякая личность имеет абсолютное значение, она есть образ Божий. Бердяев выделяет два типа учений об отношении между правом и государством.

Первый тип, преобладающий на практике, он называет государственным позитивизмом. «Учения этого типа видят в государстве источник права, за государством признают полноту и суверенность власти, санкционирующую и распределяющую права»16. Принцип государственного позитивизма присутствует и при «государственном абсолютизме», и при социализме, который в самой своей развитой, марксистской форме «держится учения о государственном происхождении права и об утилитарной его расценке». Марксизм критикуется за то, что он выводит право в основном из экономических отношений.

В социалистическом обществе единственным источником права будет государство. Бердяев резко критикует всякий государственный позитивизм за то, что он признает абсолютность государства и относительность права, а значит определять, что есть право, а что не право будет государство исходя из своих утилитарных целей и неотъемлемые права человека могут быть отняты, подвергнуты оценке по критерию государственной полезности. «Так бывает и в государстве самодержавном и в государстве демократическом, так будет и в государстве социалистическом, если право подчиняется государству, если государству приписывается суверенность, если торжествует отвлеченное, безбожное в своем самоудвоении государственное начало»17.

Государственному позитивизму Бердяев противополагает учения, признающие абсолютность права и относительность государства. Мыслитель разделяет многие положения таких учений. Он согласен с тем, что «право имеет своим источником не то или иное положительное государство, а трансцендентную природу личности, волю сверхчеловеческую». Источник права – Абсолютный разум. Не право нуждается в санкционировании государством, а государство должно быть «санкционировано правом, судимо правом, подчинено праву, растворено в праве»18. Разъясняя в чем особенность его понимания соотношения права и государства, Бердяев говорит о том, что его теория не только метафизическая, но и религиозно-теократическая. Философ критикует теократические теории прошлого за то, что они придавали религиозный характер более государству, чем праву. Бердяев ставит в своей работе под сомнение сам принцип суверенитета государства, хотя из дальнейшего изложения все же можно понять, что речь идет о его ограничении правами человека (в духе Дж. Локка).

Право, понимаемое как начало надгосударственное, отражающее Божественность природы, отождествляется у Бердяева с абсолютной правдой и справедливостью. Такое право противопоставляется законности (т.е. позитивному праву, противоположному справедливости, выступающему как орудие государства), которая полезна лишь для некоторых человеческих интересов. При этом противопоставление государства и права делается весьма отчетливо: «Право есть свобода, государство – насилие, право – голос Божий в личности, государство – безлично и в этом Безбожно». Однако нельзя согласится с точкой зрения В.С. Нерсесянца, что «возможность правового закона … в принципе исключена, позитивное право у Бердяева это всегда антиправовой закон».

В философии Бердяева рассматриваемого периода (а данное утверждение обосновывается В.С. Нерсесянцем цитатами из работ именно этого периода) все же рассматривается возможность совпадения закона, установленного государством и права, имеющего своим источником божественную волю. Государство должно ограничить свою власть неотъемлемыми правами человека и Бердяев, осознавая «относительность и условность» всякого закона и всякой конституции, все же говорит о том, что для него приемлема конституция, которая «ограничивает господство меньшинства над большинством, гарантирует право не только меньшинства, но и одного»19. Можно сделать вывод, что Бердяев все же признавал некоторую правду за позитивным законом, при условии его соответствия надгосударственному Божественному закону. Интересно в связи с вышесказанным отношение Бердяева к Декларации прав и свобод человека. Постоянно подчеркивается, что декларация имеет религиозное происхождение и заявляется, что «декларация прав Бога и декларация прав человека есть одна и та же декларация». Как известно, декларация прав человека была включена в конституции Франции и США, то есть стала позитивным законом. Это еще раз доказывает тот факт, что Бердяев не отрицал всякий позитивный закон.

Интересен взгляд Бердяева на то, в каком направлении должно развиваться общество и как ему видится наилучшее общественное устройство. Мыслитель считает, что мир движется к новой эпохе Духа Святого и теократии. Человечество должно организовываться путем объединения свободных религиозных общин. «Государство и закон – есть Ветхий Завет человечества, Церковь и Благодать – есть Новый Завет человечества».

Теократия возможна лишь на основе органически свободных общин, связанных силой любви. В концепции, отстаиваемой Бердяевым можно видеть элементы религиозного анархизма. Общество должно прийти к тому, что необходимость в государстве как внешней принудительной силе исчезнет и союз людей будет основан на любви. Позднее (уже в эмиграции) мыслитель отказался от этой идеи, утверждая, что построить справедливое вообще невозможно, но в рассматриваемый период, в условиях русского культурного ренессанса начала XX века, это казалось ему вполне возможным. Во многом идея теократии была заимствована Бердяевым у В.Соловьева. Однако если у Соловьева при теократии продолжают существовать государство и земство, то у Бердяева они исчезают. «Теократия - есть органическая общественность, когда люди благоговейно поклоняются общим святыням и перестают уже бороться друг с другом за власть, так как признают только правду власти Божьей и отрицают неправду власти человеческой… органическое единство человечества мыслимо только в религиозной соборности».

Теократия для Бердяева не только идеал общества, она – цель истории, только в ней окончательно решаются проблемы государства, анархизма, социализма, демократии. При этом «теократия в политическом отношении как бы анархизм, в экономическом отношении как бы социализм, в мистическом – самодержавие единого Бога». Бердяев осознавал, что построение теократии – достаточно трудная задача, путь к ее выполнению он видел в "трудовом развитии", однако четкого ответа на вопрос как реально прийти к теократии Бердяев не дает и вообще его утверждения о ее возможности кажутся порой бездоказательными, как справедливо заметил П.Мокиевский в рецензии на книгу «Новое религиозное сознание и общественность» «Бердяев постоянно заявляет что он надеется, верит … но спрашивается, какое мы имеем основание на это надеяться кроме того, что «все это было бы очень хорошо».

Бердяевым предлагается и ряд конкретных мер по выводу России из кризиса (в частности, в книге «Духовный кризис интеллигенции»), такие как расширение земского самоуправления, более широкое признание прав человека, однако Россию Бердяев характеризует как “политически бездарную страну» (именно политически, а не духовно) и не верит в возможность правительства сделать какие-либо реальные улучшения. В этих условиях заявления Бердяева о возможности построения теократии вообще воспринимаются как декларации.

Несмотря на то, что некоторые мысли и взгляды Бердяева, которых он придерживался в рассматриваемый период могут показаться бездоказательными, основа его философии и взглядов на государство и право была заложена именно в это время. Бердяев рассматривал проблемы общественного устройства, государства, права с позиций доктрины нового религиозного сознания, которая в целом носила мистический оттенок, однако многие мысли (особенно о соотношении права и государства, Царства Божия и царства Кесаря) Бердяев развивал и дополнял в более поздних своих работах.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Безусловно одной из самых заметных фигур в области философской и политической мысли русского культурного ренессанса начала XX века, а затем и русской эмиграции, является Николай Александрович Бердяев. Среди других русских мыслителей того периода он стоит несколько особняком, и со многими даже расходится радикально, однако его философские и политические взгляды представляют большой интерес, учитывая его большую популярность на западе.

Благодаря гуманизму своей философской позиции и таким отличительным ее чертам, как «восстание против любых форм тоталитаризма, неустанная защита свободы, отстаивание первичности духовных ценностей, антропоцентрический подход к проблемам, персонализм, искания смысла жизни и истории» Бердяев сумел возвыситься до подлинной самобытности, открыть перед русской духовностью новые «горизонты мысли».

Понятие «личность» понимается Бердяевым как неповторимая, уникальная субъективность. Через присущую ей свободу и возможность свободного творчества она направлена на созидание нового мира. История человечества предстает в виде процесса развития личностного начала человека, а сам он достигает наивысшего блаженства в единении с Богом в своем творческом акте, направленном на достижение высших божественных ценностей: истины, красоты и блага, на достижение нового бытия, нового, подлинного мира, царства Духа.

Приверженность «философии органического духа» позволила Бердяеву решить поставленные им проблемы «реальности, свободы, личности». Дух присутствует в человеке как бесконечная свобода и неограниченное творчество, человек является «Божьей идеей». Каждый человек, по мнению Бердяева, должен отгадать «Божью идею о себе», самореализоваться и «помогать Богу в осуществлении замысла Божьего в мире». Философ считает, что Бог действует в царстве свободы, а не в царстве необходимости, именно в духе, а не в детерминированной природе.

Бердяев всегда отстаивал нередуцируемость свободы к необходимости, ее неприкосновенность перед лицом экспансии детерминизма. Возможно именно поэтому, относимый в исторической хронологии к первой половине XX века, Н.А. Бердяев остается во многом нашим современником, призывающим при решении всех философских проблем ставить в центр человека и его творчество.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



  1. Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., «Правда», 1989 г.

  2. Бердяев Н.А. «Философия свободного духа», М.; 1993 г.

  3. Бердяев Н.А. «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии», М. 1995 г.

  4. Бердяев Н.А. «Русская идея \ Судьба России \ Царство Духа и царство Кесаря», М. «Сварог и К», 1997 г.

  5. Бердяев Н.А. «Истоки и смысл русского коммунизма», М. «Сварог и К»; 1997 г.

  6. Бердяев Н.А. «Cубъективизм и индивидуализм в общественной философии», М. «Канон+», 1998 г.

  7. Бердяев Н.А. «Судьба России\ \Философия неравенства», Харьков; «ЭКСМО-Пресс», 1998 г.

  8. Виноградов П.Г. Очерки по теории права. Римское право в средневековой Европе (под редакцией и с биографическим очерком У.Э. Батлера и В.А. Томсинова). – «Зерцало», 2010 г.

  9. Воронцов С.Г., Мингалева Ж.А. Вопросы теории правового государства "Вестник Пермского университета. Юридические науки", выпуск 4, октябрь-декабрь 2013 г.

  10. Данильян О.Г., Байрачная Л.Д., С.И. Максимов и др., Философия права: Учебник/ Под ред. О.Г. Данильяна. - М.: Эксмо, 2005. - 461 с.

  11. Идеологическая константность права (Г.Т. Чернобель, журнал «Журнал российского права», № 2, февраль 2016 г.)

  12. Иконникова Г.И., В.П. Ляшенко. Философия права: учебник для магистров/– 3-е изд., перераб. и дор. -М.: Издательство Юрайт, 2013. – 364 с.

  13. История политических учений: Учебник / В.Д. Зотов, Л.В. Зотова. - 3-e изд., перераб. и доп. - М.: Норма: НИЦ ИНФРА-М, 2014. - 672 с.

  14. Кацапова И.А. Философия права П.И.Новгородцева. — М., 2005. — 191 с.

  15. Нерсесянц В.С. Философия права / (Краткие учебные курсы юридических наук) - М.: НОРМА: ИНФРА-М, 2010. - 256 с.

  16. Основы философии: Учебник / О.Д. Волкогонова, Н.М. Сидорова. - М.: ИД ФОРУМ: НИЦ Инфра-М, 2013. - 480 с.




1 Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., «Правда», 1989 г.

2 Виноградов П.Г. Очерки по теории права. Римское право в средневековой Европе (под редакцией и с биографическим очерком У.Э. Батлера и В.А. Томсинова). – «Зерцало», 2010 г.

3 Воронцов С.Г., Мингалева Ж.А. Вопросы теории правового государства "Вестник Пермского университета. Юридические науки", выпуск 4, октябрь-декабрь 2013 г.

4 Нерсесянц В.С. Философия права / (Краткие учебные курсы юридических наук) - М.: НОРМА: ИНФРА-М, 2010. - 256 с.

5 Нерсесянц В.С. Философия права / (Краткие учебные курсы юридических наук) - М.: НОРМА: ИНФРА-М, 2010. - 256 с.

6 Шкатулла В.И., Надвикова В.В. Правоведение: учебник для студентов учреждений высшего профессионального образования (бакалавриат). - Специально для системы ГАРАНТ, 2016 г.

7 Шершеневич Г. Ф. История философии права. - Москва, Университетская типография, 1906 г.

8 Идеологическая константность права (Г.Т. Чернобель, журнал «Журнал российского права», № 2, февраль 2016 г.)

9 Бердяев Н.А. «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии», М. 1995 г.

10 Кацапова И.А. Философия права П.И.Новгородцева. — М., 2005. — 191 с.

11 Бердяев Н.А. «Судьба России\ \Философия неравенства», Харьков; «ЭКСМО-Пресс», 1998 г.

12 Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., «Правда», 1989 г.

13 Философия права: Учебник / Кальной И.И., Чукин С.Г. - М.:Вузовский учебник, НИЦ ИНФРА-М, 2017. - 292 с.

14 Философия права: Учебник / Под ред. О.Г. Данильяна. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Инфра-М, 2017. — 336 с.

15 Философия права: Учебник / Под ред. О.Г. Данильяна. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Инфра-М, 2017. — 336 с.

16 Философия права: Учебник для вузов / В.С. Нерсесянц; Институт государства и права РАН. - 2-e изд., перераб. и доп. - М.: НОРМА, 2008. - 848

17 Философия права: Учебник / Кальной И.И., Чукин С.Г. - М.:Вузовский учебник, НИЦ ИНФРА-М, 2017. – 292 с.

18 Философия права: Учебник для вузов / В.С. Нерсесянц; Институт государства и права РАН. - 2-e изд., перераб. и доп. - М.: НОРМА, 2008. - 848 с.

19 Нерсесянц В.С. Философия права / (Краткие учебные курсы юридических наук) - М.: НОРМА: ИНФРА-М, 2010. - 256 с.


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2


База данных защищена авторским правом ©coolnew.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница
Контрольная работа
Курсовая работа
Теоретические основы
Лабораторная работа
Методические указания
Общая характеристика
Рабочая программа
Теоретические аспекты
Пояснительная записка
Практическая работа
Дипломная работа
Методические рекомендации
Федеральное государственное
История развития
Общие сведения
Учебное пособие
Основная часть
государственное бюджетное
Направление подготовки
Теоретическая часть
Физическая культура
Самостоятельная работа
История возникновения
Методическая разработка
Краткая характеристика
Практическое задание
квалификационная работа
Выпускная квалификационная
Гражданское право
Название дисциплины
бюджетное учреждение
государственное образовательное
образовательное бюджетное
Российская академия
Общие положения
теоретические основы
прохождении учебной
история возникновения
образовательная организация
Общая часть
Понятие сущность
Уголовное право
Современное состояние
Правовое регулирование
Финансовое право
Фамилия студента
Техническое задание
Методическое пособие
Финансовое планирование
Теория государства
Российская федерация